Есть ли Я

На добивку

2009-08-10T16:01:56Z

Вот всем любителям хоррора и ужасов.Фильм Кирка

Еще один выкидыш творчества всемирно обожаемой и вселенски ценимой группы "Бал Шутов""

2009-08-10T15:59:51Z

вот это клип на песню "О врачах и похоронах"

23-го утром

2009-03-06T18:59:54Z

23-го утром

Меня зовут Густав Октавиан. Мне 24 года. Однажды утром, по-моему 23 марта, я проснулся от резкой боли. Открыв глаза, я увидел, как человек в черной мантии и меловом парике отпиливал большим ампутационным лобзиком мою ногу. Он делал это с небрежностью, но ловко и умело, как опытный боец орудует мечом. От боли и возмущения я даже не смог закричать. Я не знал. Что мне делать, а ведь передо мной все-таки был представитель закона. Через минуты две он закончил, снял свою резиновые перчатки, положил мою ногу в мешочек с биркой «приговор номер 2\46 - Л», отер под со лба и протянул мне телефонную трубку. «Господин Густав, у вас есть право на телефонный звонок в скорую помощь или вы можете истечь кровью и умереть, также вы можете остановить кровь мыслью или другими подручными средствами, это не возбраняется законом.» - сказал он, и, увидев, что я тянусь к трубке, помог мне набрать телефонный номер и вызвать наряд скорой помощи.
Я сел на постели и посмотрел на культю своей ноги, из которой хлестала кровь. Она уже заливала ковер моей комнаты, да и постель уже была перепачкана кровью изрядно.
Судья понял на что я смотрю и сообщил, что завтра я смогу вызвать судебного пристава и страховщика, чтобы они описали ущерб от приговора, нанесенный моей квартире, и сумма на устранение его будет мне выплачена. Я поблагодарил его и машинально предложил кофе. Но тут внезапно вспомнил, что не смогу дойти до кухни, судья нежно улыбнулся, поняв мое смущение, мол предложил а сам не может даже шаг сделать и сказал, что сделает кофе и себе и мне.
Он ушел, начал греметь кофейником, наливать воду, а я остался сидеть и смотреть, как багровел пол моей комнаты. Кровь уже добралась до гантель, которые лежали в этом углу уже много-много лет. Я даже не могу сказать, откуда они там взялись, они там просто всегда лежали, может даже дом строили вокруг этих гантель. Из-за потери крови мне стало дурно, я почувствовал недомогание. Перед глазами стали появляться пятна и голова начала кружиться. И шелестящей змей в голову начал влезать день, а с ним и разум, а с ним и страх. А вдруг скорая не успеет приехать, и я умру.
Неудачное начало дня.
Тут вошел судья с двумя чашками кофе. Аромат этого чудесного напитка вытеснил все страхи и уютно засел в мозгу. Судья хлюпая по, изрядно пропитавшемуся кровью ковру, дошел до меня и помог мне взять чашку. Ее приятное тепло растеклось по всему телу и немного отогнал леденящие приближение смерти, если бы кровь струилась помедленнее, то я бы даже, наверное, забыл, что ее во мне осталось около трех литров.
Мы сидели с судьей на краю моей кровати, как на плоту среди красного моря. Необычное ощущение, сидеть с человеком, которые тебя, возможно, убил, пить кофе и смотреть на все пребывающее море своей крови. Одновременно с этим я ощущал всю свою комнату. Казалось, через кровь я чувствую каждую ворсинку своего ковра, каждый тараканий трупик и крошку под шкафом. Я ощущал себя океаном…
Сон окончательно оставил меня и я проснулся.
«А в чем меня обвинили» - спросил я судью. Он ждал этого вопроса и спросил очень мягко и нежно: «а вам это зачем? Закон уже все предусмотрел, чтобы впредь вы не совершали ничего подобного. Хотя кофе еще много. 20го марта вы перебежали проезжую часть в неположенном месте, что могло бы привести к аварии и гибели людей. Теперь без одной ноги вы будете более бережно относиться к процессу перехода дороги и правилам дорожного движения.» «А почему меня не оповестили об этом заранее?» - недоумевал я. «А чтобы это изменило?» - в никуда ответил судья: «Вы виновны, так решил совет судей и сегодня ваш приговор был приведен в исполнение, конечно, вы можете его обжаловать в следующем месяце» «И мне прирастят ногу?» - ехидно спросил я. «Нет. Если вам все удастся, то вам выплатят компенсацию» «А как же быть с ногой» - спросил я. «Он будет храниться у нас. А что по поводу вас, то без ноги вы уже точно не сможете перебежать дорогу в неположенном месте и создать ДТП.» «Понятно» - протянул я и отхлебнул кофе. Мне всегда нравилась однозначность нашей законодательной системы, но я никогда не предполагал, что попаду в ее жернова. И вот это случилось. Все очень логично, все понятно, но как-то неприятно. Систем работала безотказно, водителю-лихачу отрезали руку, как и карманнику и шулеру, грабителям и убийцам делали лоботомию, как и взяточниками и спекулянтам и так было со всеми, кто нарушал закон. И если меч правосудия попадал по невинному, то это считалось профилактикой и тоже приветствовалось. Это уравновешивало всех перед законом, это и была демократия.
«А почему вы отпилили мне ногу во сне?» - спросил я судью. «Приговором была только ампутация ноги, а носильного пробуждения там не было указано» - произнес он и сделал еще один глоток кофе. «А вы всегда приходите так рано?» - вновь поинтересовался я. «Нет» - сказал судья. «Просто сегодня у моей дочки день рождения и я хочу пораньше прийти домой, ее девять лет.» - сказав это он показал мне ее фотографию. Милая белокурая девочка без глаза. Видимо, она прочитала папины секретные документы, по какому то делу, скорее всего по слогам, и вот. Глядя на фотографию дочки, судья стал широко улыбаться, и румянец появился на его гладковыбритом лице. Он бесконечно любил этого ребенка. «Я купил ей подарок, вам показать?» - спросил он, и его глазки горели, а все тело уже было готово сорваться и бежать в прихожую, где он, видимо, оставил свой пакет. Я кивнул и он умчался.
И снова остались мы наедине с моим морем крови. Из ноги она лилась уже заметно медленнее, либо кончалась, либо я все-таки мыслью ее остановил. Но пришло неприятное ощущение нецелостности. Появилось желание почесать левую пятку, которой у меня больше не было. И это приносило определенный дискомфорт.
Судья вернулся и нес в руках яркий пластмассовый паровозик. «Леночка любит паровозики, мы таком же вот ездим к бабушке, где много козочек и курочек. Он хочет стать машинистом или проводником, когда вырастет.» Он завел паровозик и пустил его по полу. Тот деловито запыхтели, из трубы полетели мыльные пузыри. Судья сиял счастьем, как ребенок, представляя, как обрадуется его одноглазая дочурка. Пузырьки смотрелись волшебно: утреннее солнце и кроваво-багровый пол окрашивали их в ярко алые и розовые цвета, создавая атмосферу праздника. Паровозик пробирался через лужу уже начинающей сворачиваться крови, но на красных колесиках ее видно не было, только красивые пузырьки из трубы и забавное пыхтение. …
Я потерял сознание. Сквозь бред я увидел лица врачей скорой помощи, почувствовал, что меня везут еще я слышал как пыхтит паровозик «чух-чух-чух…»
Операционная лампа, яркий свет «чух-чух-чух». Палата, связанные руки и люди тыкают мне в лицо бумажки, а вокруг них розовые пузырьки и «чух-чух-чух»
Одноглазые дети несут транспаранты, за ними скачут белые парики и впереди едет паровозик с синей трубой и «Чух-чух-чух».
- Андрей, вы отдаете себе отчет, что вы отрезали себе ногу мебельной ножовкой? – спросил доктор.
- Чух-чух-чух – ответил связанный рубашкой пациент и продолжил мерно качаться на стуле.
- Иван Павлович, сегодня вы уже ничего не добьетесь от него у него приступ.
- Понятно Игнат Сергеевич продолжайте лечение, только увеличьте пациенту утреннюю дозу пилюль, через неделю еще раз попробуем поговорить с ним.
Санитары увели пациента, доктора встали, сняли черные мантии и сложили на полку меловые парики, накинули пальто и обсуждая что то вышли из кабинета….

Любимая и обожаемая всеми народами группа Бал Шутов наконец то выпустила клип

2008-11-20T11:52:41Z

Любимая и обожаемая всеми народами группа Бал Шутов наконец то выпустила клип на песню "О Гигантской Амебе"

вот он

мультик. Да кустарной мультипликации

2008-11-19T16:43:38Z

товарщи!!!!!

2008-11-19T03:53:26Z

Если вы знаеете ответ на вопрос, то не молчите. Как можно выкидывать видео и аудио файлы в живой журнал? Это очень важно и без этого мне существовать очень тяжко. Не брость в беде страждущего. Загляните в свое сердце!!!

Пост

2008-10-13T06:06:07Z

Это просто пост и он ни о чем. В нем ничего не будет о религиозном воздержании столь любимом ортодоксальными фанатиками религии, людьми, которые верят в большого родителя там наверху, который их за это похвалит и даст лединец. Э то будет просто пост, пост, не несущей какой-либо полезной информации. Да и бесполезную информацию он тоже не несет. Он вообще не может являться текстом, это просто пост или набор букв собранных в слова. Некоторым людям просто нравится иногда читать слова, они могут часами не вдумываясь в содержание читать буквы и расслабляться. Такие люди считают себя интеллигентными образованными, они говорят, что читают много книг, но стоит спроситьь о содержание слышно только молчание и пустату, пустоту которая осталась у них в памяти вместо текста, вместо тех умных мыслей и хитрых литературных оборотов, использованных автором. Вместо всего того, что и делало это произведение произведением, а не алфавитом собраннлм в странном порядке, вродке того поста, который сейчас у вас перед глдазами.
Я проктически уверен, что только 30% из начавших читать сначала дойдут до этого места, так как такое такое обилие просто букв, не несущих нужных знаний или новостей утомляет. И они совершенно правы. Нет смысла читать просто буквы, когда можно читать интересные и интеллектуальные вещи, которые просвещают, а не утомляют, которые иформируют, а не убивают время. АК время, оно бесценно. Как говорят ирландцы:"когда бог создал время он создал его достаточно". И это наша вина, что мы не можем его использовать так, как нужно, нам его всегда не хватает, и я надеюсь, что не нашлось людей которые дочитали до этого места, поскольку чтение этого поста, это просто убийство бесценного дара, убийство времени. А если все-таки, ктото добрался до этого места, то подумайте еще раз, что вам еще надо сделать, и что вам еще хочется сделать и стоит ли все это потерятьиз-за глупости.

И вот снова тест

2008-08-11T09:39:19Z

Итак, вам ближе всего огонь

Страсть, скорость, сила. Вы человек крайностей. Полюбить, так королеву, проиграть, так миллион. Вас ведет по жизни азарт. Всему - любви и ненависти, игре и работе - вы отдаетесь целиком, без остатка. Вы вспыльчивы, но умеете прощать, а еще умеете согревать сердца и освещать жизнь близких.

Пройти тест

вот так блин. Я и не знал.

Слуги мадам Вугл

2008-08-07T06:21:28Z

Слуги мадам Вугл
Юный Генри очень любил читать газеты и ходить в гости. Он был молод, красив, интересен и желанным гостем в любом знатном доме этого города. Каждое утро достопочтенные джентльмены могли видеть его прогуливающимся по парку со свежим номером Таймс и датским догом. Они гуляли по аллеям, доходили до пруда с серебристыми рыбками, где устраивались на травке и придавались чтению. После они вставали и шли по делам.
Во время таких прогулок Генри делал сразу несколько вещей: он гулял с собакой, дышал свежим воздухом и читал светские новости и новости бизнеса. Также планировал, к кому в гости сегодня бы нагрянуть. Обычно список счастливчиков состоял из двух отставных генералов, где подавали замечательное розовое вино, одной пожилой леди, у которой была очень миловидная дочка, и покрутить с ней роман представлялось неплохой перспективой для Генри, также в списке были все преуспевающие джентльмены и ученые люди этого городка. Но сегодня его мысли были сосредоточены только на одном. На доме вдовы Вугл.
На прошлой неделе он принял ее приглашение и навестил вдову в девять вечера в ее особняке на холме. В клубе ему посоветовали ее как очень интересную собеседницу и крайне обаятельную женщину. Вечер прошел просто замечательно. Миссис Вугл оказалась действительно крайне интересным собеседником, она знала очень много о восточных культурах, о колдунах севера и экзотических вероучениях. И сама мадам Вугл была очень даже симпатичная. Ее можно было отнести к разряду тех дам, чей возраст очень трудно определим, но навскидку между тридцатью и сорока. Одевалась она очень опрятно и строго, выдерживая темные цвета. Голос ее был мягкий, но с призвуком металла. Они сидели в креслах возле камина и попивали горячий чай с ликером.
В интерьере дома была странная и неуловимая нотка, которая и по сей день, не давала покоя Генри. Пол был устелен множеством ковров с причудливыми узорами, на стенах чучела животных, в основном птиц. «Мой покойный муж был очень неравнодушен к пернатым» - говорила мадам Вугл, когда взор генри падал на очередного ворона или филина, застывшего с безумным взглядом, или раскинутыми крыльями. Вся посуда в доме была из стекла или керамики окрашенной в черный цвет. Это все было очень пугающе, но было там и еще что-то, что было крайне странно, но не сразу давало мысли поймать себя. Эта странная восьмая нотка, которая не давала покоя Генри.
И вот сегодня он опять купил свежий номер Таймс, взял поводок своего дога и пошел в парк, но он не видел ни аллей, ни здоровающихся с ним прохожих, ни озера. Он шагал, а мысли опять были в том кресле, возле того камина, выполненного виде двух орлов сцепившихся клювами. Его память снова сидела напротив вдовы Вугл, похожей на строго черного лебедя, он снова чувствовал на себе взгляды тысяч мертвых птичьих глаз, которые казалось сверлили его насквозь. Он пытался вспомнить все звуки и ароматы, какие были там, но ничего не приходило на ум, кроме запаха огня и перьев, и ……..
Тут Генри вскочил, сильно дернув поводок. Догадка, как молот, ударила его, резко и внезапно. В доме не было ни единого звука кроме их речи…. и …. Там не было больше никого, кроме их двоих. Там не было прислуги. В огромном особняке усеянном трофеями и коврами не было даже дворецкого. Но при этом Генри там не заметил даже намека на пыль.
Домой он пошел почти бегом и мысли странным хороводом начали крутиться в его голове. «Почему? Почему там нет слуг?» - повторял он себе под нос: «Не может одна женщина управляться с таким огромным домом». Там что то было нечисто и Генри поставил себе цель в этом разобраться, и может тогда о нем тоже напишут в Таймс в разделе новостей. Для этого надо было последить за особняком, может разгадка просто смешная и не стоит обращаться с этими доводами в полицию или в газеты.
В шесть вечера Генри уже дежурил около дома миссис Вугл. Они с догом пристроились в ветвях вязов росших рядом с домом мадам. Когда стемнело, свет загорелся только в комнате с камином. Из дома никто не выходил и не входил. Из дома не доносилось ни звука.
Генри и дог просидели на дереве до утра, но свет так и не погас до самого рассвета, и ни единого звука так и не донеслось со стороны жуткого здания.
Весь день Генри наводил справки на мадам Вугл. Вместо утренней прогулки он ходил в библиотеку, но ничего не нашел по поводу мистера и миссис Вугла. Заплатив мальчишкам немного мелочи и пару сигар, он узнал, что мадам Вугл крайне редко видели в городе. Она не ходила за покупками и в церковь. Вообще она редко выходила из дома. В джентльменском клубе он узнал, что мистер Вугл был очень знаменитым рыбаком. Он был владельцем ряда рыболовецких суден на западном побережье и занимался карпом. Но тридцать лет назад он пропал без вести и с тех пор никто, ничего о нем не слышал. Ходили слухи, что он болен проказой и до сих пор живет в подвале собственного дома. Но лезть туда никто не отваживался, это опасно и противозаконно.
Генри решил, что будет очень интересно объяснить все это, в конце концов люди должны знать все. А вдруг вдова убила своего мужа, или она держит его там взаперти, вместе со слугами, которые приводят дом в порядок.
Ночью Генри закрыл дога дома и пошел к злосчастному поместью. Выйдя к холму, он увидел, что свет в каминной уже загорелся. Пора было действовать. Он подошел к черному ходу и тростью скинул трухлявую задвижку. Переобувшись в теннисные туфли, он бесшумно проскользил внутрь. Вокруг было темно и жутко. Стены были гладкие, а на полу все те же мягкие ковры. Он шел прямо по коридору, готовый к разным неожиданностям. Сердце стучало все быстрее и быстрее. Вот коридор повернул налево. Пустые черные окна. В них был виден вяз с удобными и широкими ветвями, сейчас он, казалось надсмехается над Генри, крадущимся по проклятому дому.
Пот заливал глаза. Поворот направо. Здесь на стенах висели кабаньи морды, лосиные рога. Каминная близко. «Что? Что спрашивается, я здесь делаю?» - думал Генри. Он понимал, что уже не хочет знать в чем суть всей этой заварушки. Сейчас он бы с удовольствием бы посидел в мягком кресле и почитал бы об этом в Таймс, гладя дога по голове. «Но уже поздно.» - сказал он себе: «я уже здесь.». «Но может еще не совсем все?» - не унималось сознание: «может мы еще можем просто поздороваться с вдовой Вугл и вместе посмеяться над этой курьезной историей и починить ей задвижку?». «Нет это дело надо довести до конца, и я его доведу».
Тут коридор свернул еще раз и он оказался в комнате с камином. Но там где раньше были чучела птиц, были только жердочки, а под 6ногами не ковер, а просто весь пол усеян перьями. Длинными черными перьями. Перед камином стояло кресло спинкой к Генри. В кресле сидела мадам Вугл. Не поворачиваясь к визитеру, она металлическим голосом, без тени мягкости сказала: «Приветствую вас мистер Генри, я знала, что вы придете. Вы всегда приходите. Вы всегда приходите вовремя.» Она медленно встала и повернулась к Генри………….. «Что…Что у вас с лицом?»- прохрипел Генри.
- прохрипел Генри.
Но тут во всей лечебнице выключили свет. Ураганом оборвало провода. Санитары взяли мягкие дубинки и фонарики и побежали отлавливать больных по всем корпусам. Это оказалось несложно, так как в темноте они наталкивались на мягкие стены и с криками и карканьем падали на спину. Только пациент номер 346 из 46 палаты остался стоять как вкопанный, разглядывая очки на лице практикантки медицинского университета, психиатрического отделения. Санитары взяли его под руки унесли в палату. К десяти вечера вся больница уже спала, только поскребывание и жалобное поскуливание где то на чердаке нарушало ночную тишину.

cainishe @ 2008-08-07T11:04:00

2008-08-07T04:04:15Z

Истиное небо

2008-08-04T05:19:08Z

Все говорят, что полет, он невозможен. Тело человека слишком неприспособленно для него. Человек не может, как птица, взмахнуть крыльями и взлететь. Можно только ходить, смотреть на небо и завидовать. Завидовать коршунам, который порхают среди облаков, ловят ветра и слышат шепот воздуха между перьев.
Но!
Но люди ведь тоже летают. Каждый человек летает, но каждый в свое время. Все мы летаем, когда вырастают крылья.
В жизни мы не стоим на месте. Замирать нельзя, как только ты перестаешь двигаться, то падаешь и погибаешь. Надо постоянно шевелиться, чем то размахивать, чем то ловить ветер, чем то рулить. Потоки нашей жизни своими ветрами и ураганами могут занести куда угодно. И люди как птицы, все разные. Одни ловят эти ураганы и летят с ними на край света, туда, куда другим не добраться; другие избегают их и прячутся за огромными скалами из мыслей, умозаключений и правил; а некоторые прут против всего: против правил, против ураганов, против скал. Для таких нет преград, но из них выживают лишь единицы. Конечно, есть еще птицы, которые своими быстрыми и мощными движениями рождают эти ураганы. Этих атлантов ценят и уважают, открыто, а в тайне боятся. Страх порождает действие. Некоторые пигухи боятся орлов и стараются драться с ними насмерть, другие же приспосабливаются доедать их объедки.
В этом небе нашей жизни каждый находит свой путь и, найдя его, воздух начинает играть в перьях, и ветер в душе и вот ты уже несешься. Ты несешься на своей струе, несешься наперекор встречным потокам из законов, этики, морали и, иногда здравого смысла. В некоторых случаях приходится прорываться через инстинкт самосохранения и плотные стекла. Когда ты понимаешь свою цель, ты просто рвешь всю обыденность бытия. Ты рвешь рутинные устои, общепринятые нормы. Тебя уже не могут остановить ни облака из голосов родственников, ни тучи из миллиона ликов системы. Ты просто летишь по своей струе, ты летишь к своей цели. И она уже близка.
Ты понимаешь, что твоя цель как и асфальт все ближе, ближе и ближе. Твой рывок с крыши дал только старт, и теперь вот он, конец твоего пути. И вот земля все ближе и ближе, рутинные путы все дальше и дальше и все…. Краткий миг удара и боли….. и все….
И тогда вырастают крылья. И человек взлетает. Больше он не обременен никакими извращениями системы, он чист и свободен. И перед ним огромные небесные просторы и вечность. Мягкие облака и солнце с луной по желанию. Вот это полет.
Человек летает, когда вырастают крылья.

Монгольские пословицы

2008-08-03T17:56:54Z

Богач не бессмертен и богатырь не вечен.
Боишься - не делай, делаешь - не бойся.
Глупец, который рассказывает о том, что видел, лучше мудреца, который молчит о том, что знает.
Даешь - не упрекай, упрекаешь - не давай!
Желудок насытится, а глаз - никогда.
Как ни высока гора, не отступай: пойдешь - перейдешь; как ни велика работа, не отступайся: начнешь делать - сделаешь.
Когда смерть пришла, и тысяча Будд не поможет.
Лицо белое, а сердце черное.
Ловить змею чужими руками.
На спину упал - больно, вдруг разбогател - нечестно.
Не всякий, кто смеется, - друг, не всякий, кто сердится, - враг.
Не спрашивай у того, кто плачет, а спрашивай у того, кто смеется.
Нетерпеливый два раза делает, терпеливый - один раз.
Поднимать нож на насекомое.
Понемногу обманывая, становишься лгуном; понемногу присваивая, становишься вором.
Прежде сам помоги, а потом от товарища помощь принимай.
Проступок забудется, а урок останется.
Разлука с живым хуже разлуки с умершим.
Рот ест - хвост жиреет.
Седло - украшение коня, жена - украшение жизни.
Слабому слабый господин.
Сладкое сделать горьким очень легко, горькое сделать сладким - трудно
Сын отца удивляет славой, сын матери - знаниями.
Ты поднимай, а я буду пыхтеть.
Учишься - не уставай, учишь - не робей.
Чтобы змея, да не ужалила, чтобы собака, да не укусила!
У быстрого зайца помёт на пятках.
Всякому своих мыслей достаточно.
Пальцев десять, но какой не укуси – больно одинаково.
Вымокшему под дождем не страшна роса.
Нарядись хоть в белый шелк, тень будет черной.

Нектар из смерти и тепла

2008-08-03T17:51:58Z

И жизнь коротка
И век быстротечен
И в миг познаёшь,
Что ты вовсе не вечен.

И тянутся руки
К заветной черте
Где ты пропадёшь,
Отдавшись мечте.

- - -
И ночь прошла
И день пройдёт
И новый день
За ним придет

И солнца красная дуга
Над горизонтом вновь взойдёт.
Но не увижу я рассвет,
И не расскажет мне никто,
Что смерти нет,
То как же нет.
Её лицо глядит в окно,
Её шаги идут ко мне
И всё… конец моей судьбе.

- - -
И смерть и суть
И суть и смерть
Мы видим каждый день закат
Мы видим каждый день рассвет
И смерть и суть
И суть и свет.

Мы видим каждый день себя.
Мы видим каждый день других.
Мы часто смотрим в небеса
И слышим возгласы немых.
И взгляды лезут на тебя из выцветших глазниц слепых.
И с жутким хрипом и сипя
Поёт баллады хор глухих.

Но в будничной рутине дня
Мы все не замечаем их
И лики ангелов ловя
Мимо мы проходим них.

А тот. Кто видит каждый день
И танец духов по утру
И смерти шефство по воде
И то, как звёзды льют нугу.
Блажен тот будет на земле
И не согнёт его в дугу
Та тварь, что носим мы в себе
Что заслоняет нам луну.

Убивая драконов

2008-07-16T04:11:43Z

Убивая драконов
Компании Честертон и Честертон исполнилось пятьдесят лет. По этому поводу был устроен званный вечер. Сюда собрались все шишки этого блестящего мегаполиса. Все, кто имел не просто большое состояние, а очень большое состояние, регулярно посещали такие мероприятия. Многие из них воспринимали их как рутину. Одной из таких была младшая дочь Джозефа Честертона, Линда.
Действительно, молодой и обеспеченной девушке скучно на таких вот мероприятиях, где скучающие бизнесмены хлещут бесплатное розовое шампанское, обсуждают уровни подъема и падения акций того или иного предприятия, обсмеивают конкурентов и твердят, что деньги, это залог прогнозируемого будущего. Линде это было не интересно, да и сами люди были либо дряхлыми стариками, либо вытянутыми манекенами с восковым лицами, желающие пропечатать свой диплом у себя на лбу, либо голодные бродяги, стремящиеся найти работу у этих вот дедушек и кукол. Конечно, здесь были и женщины, но только двух видов: первое, это как часть костюма кавалера, второе, как охотницы за деньгами, которые обвивают жертву плотными шелковыми кольцами и стараются выдавить из него все или почти все деньги.
Линда была свободна и обеспечена, и ее это не волновало. Но тут на глаза ей попал странный персонаж. Мужчина лет тридцати семи стоял около колонны и отрешенно крутил в руках стакан из-под шампанского. Он был одет скромно, но опрятно, и, судя по глазам, жадно ловящим каждое мгновение происходящего, он был здесь впервые. Линда поняла, что это Майк Долговский. Молодой бизнесмен, недавно сделавший свое немалое состояние. Компания Долговский была известна на Востоке долгое время, теперь ее имя стало появляться и здесь. Сам же Майк был недурен собой: высок, черноволос, голубоглаз, а широкие плечи и огромные руки свидетельствовали о 4-5 часах в спортзале ежедневно.
Линда медленно подошла к Майку с бутылкой шампанского и также медленно наполнила его стакан, потом свой, потом поставила бутылку на столик рядом.
- Значит вы и есть Майк Долговский.
- Да, это я. А вы, я думаю, Линда Честертон. Видел вас в газете. В жизни вы на много красивее.
- Спасибо. Скажите, что вас привело на этот скучнейший вечер во всем городе?
- Ну меня пригласили. Я пришел. Здесь так много людей и… это… это здорово. – Немного замявшись, ответил Майк.
- Но здесь же смертельно скучно для того, кто не обсуждает свои Гарвардские премии и не пересчитывает чужие деньги! Вы, как я вижу, этого не делаете. – Линда слегка прищурила свои зеленые глазки – А кстати, почему вам это не интересно, вы же варитесь в том же бульоне.
- Ну скажем, Гарвард я и не заканчивал и меня больше интересуют свои собственные доходы, чем доходы других предпринимателей. А новые союзнике в бизнесе мне не нужны. У меня нет конкурентов, потому и союзники мне не нужны.
- А чем вы занимаетесь – все также прищуривая глазки спросила Линда.
- Я убиваю драконов. – сказал Майк.
- Тоесть… как…?
- Ну вот так. Я просто убиваю драконов, чем и зарабатываю себе на жизнь.
- Но…. Но.. разве они есть? - до сих пор опешеная спросила Линда.
- Есть.
Линда уже просто не знала что спросить. Она была настолько выбита из колеи таким необычным поворотом дел, который просто не укладывался у нее в голове. Она выпила шампанского и задумалась, о том, о чем бы спросить этого странного гостя, чтобы все встало на свои места. Чтобы все стало понятно.
- А как вы находите этих ваших драконов? – выдавила из себя Линда, протягивая каждое слово, как будто они едва тянулись из ее гортани.
- Я их не ищу. Они сами меня находят. – также спокойно ответил Майк.
Запас идей Линды был исчерпан, а до сути надо было докопаться. Она в поисках зацепки стала смотреть по сторонам и тут заметила, что их разговором уже заинтересовались другие гости. Некоторые просто время от времени поглядывали в их сторону, а пара мужчин уже взяв шампанское и икру, уже двигалась к ним. Это были шерстяные магнаты Альберт Акрант и Гул Мирей.
- Извините меня, я просто невольно услышал вашу беседу и она меня захватила – вежливо улыбнувшись, сказал Гул и протянул гостю бокал шампанского и поставил икру на столик возле бутылки. – Так чем, вы говорите, вы занимаетесь?
- Как я уже говорил, я убиваю драконов. – Сказал Майк – это моя профессия.
- Как интересно. – скрывая усмешку проговорил Альберт – а где же вы обучались этому делу?
- Нигде. Я просто знаю, как это делать. Я родился с понимаем этого.
- То есть вы хотите сказать, что, оказавшись в руках доктора, вы уже знали, как убить дракона и заработать состояние?
- Возможно. Я не помню этого момента своей жизни – с деловым видом заметил Майк.
- И когда же вы убили первого дракона? – почти смеясь спросил Альберт.
- В пять лет!
- Ну это уже совсем чушь – вступил в разговор старый Герберт Вольшайцнер, владелец ряда авиакомпаний и транспортных сетей. – это просто не возможно, чтобы пяти летний мальчик смог убить многотонное чудище, да которое еще к тому же и огнем плюется.
- Но я убил – настаивал на своем Майк, искренне не понимая, почему его никто не понимает.
- Но как? Как вы это сделали? – уже слегка крича, проговорил господин Вольшайцнер.
- Ну не могу же я раскрыть все секреты моей фирмы. Вы же мне не расскажите, по какой цене вы покупаете топливо и какова реальная цена билета на самолет, без ваших монопольных накруток. И господин Альберт мне не расскажет, какая сейчас реальная цена контрольного пакета акций его фирмы.
Все на минутку замолкли. Только Старый Герберт все еще бормотал себе в бороду: «Как? Как может ребенок убить многотонное чудище!»
Тут не сдержался Гул:
- Да какая, к черту, разница, как он это сделал – прокричал он – драконов не существует. Их просто нет. В мире не может существовать подобного создания. В мире живут только люди, эльфы, лепреконы, кентавры, кааппаа и ангелы. Наша наука исследовала весь мир и драконов там нет, это легенды, вымысел.
- Но позвольте – опешил Майк – но я же их убиваю.
-Да вы просто лгун. – орал на него Гул. – грязный и подлый лгун.
- Лгун, Лгун – подхватил его Альберт.
- Вот именно, Лгун – добавил Герберт Вольшайцнер.
- Вы мне лгали – заливаясь слезами, прокричала Линда.
- Лгун, Лгун – уже скандировали все вокруг.
Оборачивались все новые и новые люди, и каждый с криво усмешкой начинал кричать:
- Лгун, Лгун.
Звук несся уже отовсюду и сливался в единый ритмичный комок
- Лгун, Лгун.
Майк вжался в колонну, но люди уже надвигались на него со злыми и усмехающимися лицами, и каждый четко и звонко произносил:
- Лгун, лгун.
Тут зазвенела сирена. Все обернулись и замолкли. В комнату вошли санитары с мягкими дубинками и шприцами, и громкоговоритель на стене произнес мягко и успокаивающе.
- Все, ребята, вечер окончен, пора принимать лекарства и по палатам. Сегодня вели себя хорошо, получите по яблочку перед сном. Линда, ты молодец, становишься более общительной, это хорошо. Гул, а ты будешь теперь ходить на трудотерапию четыре раза в день. А вы, доктор Майк, пожалуйста зайди ко мне в кабинет, разберем ваши ошибки.
Все ушли, в комнате стало темно, только на маленьком столике остались стоять недопитая бутылка шампанского и тарелка икры.

Как узнать жонглера (законченная, русская)

2008-06-24T13:22:26Z

Скажу честно, что на английском она звучит намного лучше и как то инче. Но вот по-русски ее можно представить только так.

Как узнать Жонглёра.

Наступило утро третьего февраля две тысячи седьмого года. Пожалуй, это единственное событие, которое отличало его от какого-либо другого утра. Но почему-то факт его наступления совсем не радовал. Вообще очень странно, что люди очень редко радуются наступлению утра. Оно наступает, наступает нежданно или просто наступает. Мы все привыкли, что оно наступает. Даже вряд ли кто-нибудь задумывается о том, наступит ли оно, когда ложиться спать, но при этом мы утверждаем, что в мире, возможно, всё, а сами упорно верим в определённые клише и живем по привычным и обыденным шаблонам, отход от которых повергает нас в состояние ошеломления. Да иногда люди радуются утру, но, как и многое другое это относится к разряду «необычных явлений » к которым мы так и не можем привыкнуть; но это утро не было необычным или каким-либо из ряда вон выходящим.
Это было просто утро. Я просто открыл глаза и просто увидел свой перекошенный потолок. Хотя до сих пор я ставлю под сомнение то, что он перекошен, может это я или мир перекошен, а потолок как раз находится прямо. Ведь мы всё ещё не можем объяснить, что есть прямо в обыденном смысле. Не относительно чего-нибудь, а просто прямо.
Ненадолго засевший в голове вопрос о потолке и какие то обрывки сна быстро исчезли, мозг переключился в фазу реальности и привычного восприятия мира. Все иные мысли сразу выпихнули бытовые и мелочные заботы, которые имеют два замечательных свойства: отгонять всё лишнее из головы и накапливаться. А накапливаются они каждое утро, когда начинаешь о них вспоминать и понимаешь, что ещё один день будет прожжён впустую. К вечеру я стану на день старше, а миром я так и не завладею, и даже больше сотни людей обо мне вряд ли узнают.
Секундную депрессию о великом просто замечательно отводит кружка хорошего чая, и могу сказать, что теперь я окончательно включился.
Предстоящий план на день не был особенно насыщенным, он состоял из похода за знаниями в университет, через который государство собиралось делать из меня специалиста по иностранным языкам и школьного учителя английского языка. Но хочу ли этого я? Я не знаю. Мне просто нужно образование, чтобы зарабатывать деньги. А что если это не мое. А что если я жонглер? Интересно, а как узнать жонглера?
Но это все мысли, а мысли забивают время, а время так необходимо для всяких мелких забот, и если их не разгребать, они могут раздавить. И чтобы не быть раздавленным я начал разбираться в, так умело накопившихся, делах.
Здесь всё было как по списку, годами ведённому в моей голове, посуда, мусор, кухонный стол, рабочий стол, кошачий туалет. Всё не очень то сложно, но временами так лениво и неохота это делать. Может, нет никакого желания заниматься всем этим, поскольку это слишком просто и бессмысленно на первый взгляд, чтобы тратить на это своё время, наверное, поэтому обеспеченные люди и платят огромные деньги прислуге, чтобы сохранить как можно больше времени для более значимых дел. А ведь если подумать без этих мелочей ничего нельзя сделать, ни помочь миру, ни стать известным. Наверное, работа прислуги самая неблагодарная. Никто ведь не знает, была ли прислуга у Энштейна или у Чаплина, а если и была, то, как их звали, или что они любили, есть или делать по средам вечером. Никому это не важно, а ведь неизвестно, смог бы Энштейн вывести теорию относительности за загаженным столом, шагая по пыльному в окурках полу и попивая чай из грязного стакана. То есть по сути человек создающий условия для работы гения это тоже немало важный человек для мира, но для общества он даже меньше пустого звука. А жонглеру, наверное, не нужна прислуга, он просто делает, то, что умеет и получает удовольствие от этого.
Вот именно такие мысли и гордость за уборщиков всего мира заставляют меня каждый раз отрываться от стула и заниматься уборкой. Окончание этой неблагодарной работы наступило также внезапно, как и утро. На часах было только десять утра, и у меня ещё было время до университетских пар, и их я решил посвятить учебе, так как самостоятельная работа намного более плодотворная, нежели групповая. Этому я должен буду учить детей в школах.
Задания, как и быт, были несложными, но отнимали время, почему жалко тратить время на всё то, что несложно или бессмысленно, но именно этим и приходится заниматься большую часть жизни. Огромный кусок своего бытия мы тратим на бесцельные и бесполезные вещи, как написание книг, которые никто не читает, ухаживание за красотками, которые даже не смотрят на тебя; выведение тараканов, которые привыкают все к новым токсинам; ну и, наконец, зарабатывание денег ради того, чтобы умереть в золотом гробу. Это абсурд, но таков порядок привычных для общества вещей, и любой выход из этого порядка приравнивается к асоциальному поведению, к сумасшествию или преступлению.
Но, по-моему, преступление это как раз трата времени на изучение дисциплин, которые нужны только ради того, чтобы мы могли говорить, что наше образование самое лучшее. Зачем надо твердить, что мы самые умные, когда Оксфордский диплом может передать это одним своим видом. Зачем нужен врач знающий название горных хребтов в Северной Америке, но который не может правильно поставить диагноз больному. Вот это и есть преступление. Время оно не деньги, его нельзя вернуть или снова заработать. И каждый миг ушедший впустую уже утерян навсегда. А жонглер может просто жонглировать и смотреть с наслаждением на подброшенные и парящие предметы.
Вот я сидел и терял миг за мигом, составляя на немецком языке рассказ о том, как я иду домой от университета. О том, сколько улиц я перехожу и как я это делаю, на какой цвет, и вижу ли при этом автобус на остановке. Я уверен на все проценты мира, что преподавателю абсолютно всё равно как я иду домой и иду ли я вообще, но по плану она должна это выяснить, или ей не дадут зарплату. Она вынуждена убивать моё время этой белибердой, или ей не выжить в нынешнем социуме; вещи созданные людьми, чтобы облегчить их же жизнь, но в итоге совершающие преступления против них же.
После глава из книги какого то автора, имя которого я вижу в первый и последний раз в своей жизни, добивает моё время до выхода в университет контрольным ударом в голову. Я попробовал подбросить вверх пару предметов и поймать их. Мне не удалось. Я не жонглер; но тогда кто?
Один способ ассасинации бесценного времени сменяет другой, и так день за днём, год за годом.
Шаг. Шаг. Ещё шаг. Я иду. Иду в институт. Ноги идут сами, путь до того уже захоженный мной же, что голове не надо подключаться. Старые задворки ещё не снесённых частных домов, где лают собаки; дорога с отверстием, куда регулярно проваливаются грузовики, это случается дважды в месяц, но строители вновь закрывают эту дырку асфальтом и потом история вновь повторяется. Кому-то это покажется необычным, когда огромный КАМАЗ наполовину уходит в дорогу, но здесь все привыкли, и никому не охота тратить своё время на рассматривание этого явления.
Дальше двор элитного дома… Они везде одинаковые, два подъезда, дорогая машина, детские качели и заборчик, чтобы отделить себя хотя бы визуально от простых смертных убивающих своё время зарабатыванием не таких больших денег.
После ноги идут к гаражу, где какой то романтик над мусорным баком написал, что кого-то любит, может этот кто-то его тоже любит, или они даже уже женаты. А может он просто безголовый влюблённый, а объект его воздыхания его использует, или… Вариантов бесчисленное множество, но до пары всё меньше и меньше времени и идти надо быстрее.
Дальше разбитая дорога, гараж с надписью Сауна, и мой родной университет, где время убивают в промышленных масштабах. Если бы минута могла кровоточить, то реки багровой жидкости просто залили бы пол этого учреждения и непрерывно бы стекали по ступеням большими тяжёлыми каплями.
Во всей этой бойне секунд и часов приятно осознавать, что ты не один такой, что не один ты ошибаешься в жизненном пути, а когда работа групповая - она интересней, чтобы ни говорили методисты. И поэтому толпы жаждущих знаний стремятся сейчас грызть гранит науки, но ни в одном не возможно увидеть педагога, ну или лингвиста. Я вижу только парней и девушек, думающих или не думающих о том, что их ждёт завтра, через год, через минуту или сегодня вечером. Они смеются или курят, идут или стоят. Но вот кто они?
Конечно ярлык «студент» или «человек» может дать общий ненужный ответ, но кто они на самом деле? А вдруг среди них есть поэт, ну или пасечник, ну или жонглёр. Кстати, а как можно узнать жонглёра он не начал жонглировать. А если он пока не умеет это делать, или умеет, но не пробовал. А может жонглёр сейчас стоит передо мной, а ни я, ни он об этом не знаем. Может быть тот молодой человек, смеющийся в компании двух страшненьких девушек, и есть жонглер, но не догадывается об этом, и просто растрачивает свой талант на бессмысленную идею стать педагогом. Конечно, он станет неплохим преподавателем, но он способен быть изумительным жонглером. Это преступление. Он не может найти свое призвание и лишает мир талантливого жонглера.
Но тут мужчина стоявший рядом со мной, выключает мобильный телефон и поворачивается ко мне.
- Привет, я жонглер.
- И ты хороший жонглер? – спрашиваю я.
- Да, конечно. Это мое призвание.
- И что ты здесь делаешь?
- Я пришел сказать, что я жонглер, и я нашел свое призвание.
- А как ты узнал, что я об этом думал?
- Я прочитал твой рассказ «Как узнать Жонглера»
- И я был прав по поводу тебя?
- Да – ответил он.
- Спасибо – сказал я.
И я продолжил поиск своего пути. Через день, чрез неделю, месяц, год… неважно, но я все тоже стану жонглером; когда-нибудь.

Гордость

2008-06-18T08:56:52Z

И тоько сегодня я вновь почувствовал гордость за наш проект, созданный 4 года назад. Это была дата (2. 07 2004) была создана великая и всемогущая группа, группа Бал ШУтов. Не важно, что мы не умели играть ни на одном инструменте, исключая нервы, нажевку и перфоратор, но у нас было желание и была идея. Мы воплотили эту идею в жизнь, теперь у нас уже 3, 5 альбома. Мы ими гордимся. Теперь мы даже научились играть на муз инструментах, ит некоторые даже знают ноты. Вот Илья Валентинович, он же Серафим, он же наш композитор знает ноты, и умеет насиловать гитару, она иногда даже издает интересные звуки. Михаил Григорьевич, не знает ноты, но немного играет на гитьаре, хорошо рычит, когда кончаются сигареты и пишет отличные стихи (Мечты об ампутации etc ), собственно Я, научился играть на кумусе(алтайский варган), о нотах знаю, что их 7 и там есть ноты фа соль. Но идея группы была моя. Еще ряд людей, которые учавствовали в создании наших альбомов это приглашенные вокалист-ты-ки и Боян, мы им очень благодарны за сотрудничество в нашем маразме. И надеемся, они продолжат сотрудничество с нами, мы ведь лучше собаки, и не вызываем привыкания (в отличии от собаки ). Также нельзя не упомянуть о наших, перкуссионисте и шамане. Виниламине Аполлоновиче(нашем невидимом друге) и Трюле, нашем шамане.
Для интересующихся вот наша дискография:
первый и запрещенный для прослушивания. - Лизаветта-
второй, мы им дорожим - Кого-то мы повесим -
Третий, отличная музыка - Жабье лето -
и один лив концерт - Концертъ -
В сети есть ссылки на то, где можно скачать. Как только их найду скину.
Искренне ваши, Бал Шутов.
Фанфары.

и вот опять

2008-06-17T04:52:54Z

Ошибка!

Тест содержит ошибку: результата для выбранных вариантов ответов не существует :(

Пройти тест

Господа составители тестов, хоть получше бы сосотавляли, а то я опять с ошибкой вместо ответа.

Понеслась. Опять тесты

2008-06-14T06:38:30Z

И демон шепчет тебе... Придет час, и те, кто тебя не любили - пожалеют.

Ты, как я. У тебя тоже нет одного места, одного пристрастия, тебе нужно все. Но самое важное для тебя - это твой путь, интерес, что будет дальше. Именно так ты и живешь, впечатления, люди, все они сменяются, остаются частью твоей дороги, а ты идешь дальше. Ты никогда и никому не сможешь принадлежать. Только себе. Твоя любовь всегда бывала разной, никогда она не имела одного облика или шаблона, но в одном она имела что-то общее - она сметала все преграды и придавала сил. Тебя держало терпение, но в один миг все могло исчезнуть. Однажды наши пути вновь пересекутся, и тогда ты не сумеешь пройти дальше, я не пущу... А пока не настал тот час, я буду помогать тебе - я дам тебе взаимность. Рядом с тобой будет человек, вместе с которым ты сможешь преодолеть все на свете.

Пройти тест

Толкиенисты

2008-06-13T16:38:06Z

Попался мне тест, какой я толктенист. Начал проходить, и сразу понял, что никакой. Половина и даже больше ответов и вопросов поставили меня в тупик. Отвечал нуагд и на интуицию. Ну вот, получилось

Итак, с прискорбием спешу Вас поздравить, ибо Вы.... Чекист - Иными словами, последователь Черной Книги Арды.

Вы возвышенное и творческое создание. Наизусть знаете тайный язык цветов и растений И вовсе даже не воинственное, но если таки попали в битву - за свои убеждения порубите любого, ибо страх Вам неведом. И еще Вы любите петь, если со слухом и голосом дела обстоят неважно - Вы успешно компенсируете это настроением, эмоциями, отчего слушатель неизменно проникается.

Пройти тест

Когда то в этот дом светило солнце

2008-06-11T14:02:56Z

Когда то в этот дом светило солнце. Здесь было весело и уютно. В этих пяти комнатах играли дети. Шесть белокурых сорванцов носились, как оголтелые, и кричали, и смеялись. Их бесконечные игры, казалось не имели смысла, но для каждого из них, это было маленькое приключение, приключение, которое никогда не кончается. Для них лестницы дома превращались в трапы, а шторы в паруса, и их галеон несся искать новые земли, или по ступеням замка сбегали рыцари от захватчиков, или многое многое другое. Не для каждой игры сюжет был понятен со стороны. Иногда они просто закрывали глаза и выкрикивали имена каждого из присутствующих, тем самым, пугая прислугу. Топот их маленьких ножек и мелодии звонких голосков иногда сливались с заботами нянек и гувернанток, которые тоже никогда не сидели без дела.
Пока они находились в комнатах или в прихожей, они напоминали суетливых муравьев, увлеченных тысячами и тысячами занятий одновременно. Они вытирали, пыль, убирали со стола, догоняли детей, поправляли подушки. И это все сливалось в один огромный глобальный процесс. Это были кровеносные сосуды этого дома, они как будто заставляли само здание шевелиться. Но иногда они стекались на кухню, где превращались, как лебеди, но не в принцев, а в женщин и мужчин, со своими проблемами и радостями. В основном в минуты перерыва все шутили и весело смеялись. Заслышав этот заливистый смех приходила, похожая на важного барсука, домоправительница, и разгоняла кровь обратно по жилам этого дома. Она была сердцем. Сердцем во всех смыслах, ее любили и уважали и без нее, дом не мог бы жить. Она была всем для этого необычайно живого дома.
По вечерам он наполнялся гостями. Здесь играла музыка, и люди веселились и развлекались. Любимый оркестр хозяина играл вальсы и мазурки, паванны и просто приятные мелодии, написанные известными композиторами разных стран. Пианино и скрипки не замолкали здесь ни на вечер. И люди танцевали. Люди все такие разные и чем-то схожие. Танцевали и молоденькие девушки и пожилые генералы, танцевали ловко и неуклюже, а кто то вообще просто пытался двигаться под музыку. Кто то стеснялся пригласить приглянувшуюся даму, а у кого-то весь вечер был расписан, за день до этого. Мелькали фраки, шикарные платья, лакированные ботинки и изящные туфельки. Все это двигалось и шевелилось в ритм, в ритм музыке, в ритм этого дома.
По ночам гости разъезжались, хозяева шли спать, прислуга тоже отходила на покой. И дом сам дремал, только мерное похрапывание его обитателей и шаги пожилого дворецкого, который несколько раз за ночь проверял, закрыты ли все ставни, заперты ли все двери и кА себя чувствует любимая гончая хозяина, приболевшая после охоты. Дом спал, но он спал только для того, чтобы проснуться утром вновь и открыть свои окна солнечному свету, жизни и веселью.
Но однажды в дом вместе со светом закралось сомнение. Оно пришло невинно и сокрыто. Оно также улыбалось обитателем, как все кто приходил сюда. Оно пыталось помогать прислуге, давать советы хозяину, ходило за хозяйкой и общалось с дворецким. Потом оно даже стало играть с детьми. Оно заполонило все. Даже познакомилось с домоправительницей. Сомнение поразило сердце этого дома и накрепко засело здесь. Никто не понял, что именно произошло, но улыбки на лицах стали меньше, а в доме стало тише.
Сомнение в доме, как порченное молоко в бочке заполнило собой все углы, каждую щелочку, каждую, мышиную норку. Оно осело и стало гнить. Оно шло своей дорогой, дорогой, которую указала ей природа, заполонить и прогнить. Когда оно протухло достаточно, то превратилось в недоверие.
Тот неулыбчивый странник, который как то явился с первыми лучами солнца, теперь стал фигурой в темном капюшоне. Он был везде. Недоверие, заползло в каждого жителя и никто не укрылся от его жгучих глаз из-под капюшона. Он ходил везде, по комнатам, по чуланам, по кухне. Он заглядывал в лицо каждому, кого встречал, гувернантке, кошке, дворецкому, детям. Смех в доме смолк. Хозяин закрывался подолгу в кабинете и только темной фигуре можно проходить во внутрь. Все стали стараться ходить тише и медленнее. Вскоре домоправительница заболела. Сердце перестало биться. Суета сменилась пустотой. Кровь, стала медленнее течь по жилам этого дома, дом умирал.
Вечером вместо гостей пришли два джентльмена с меловыми лицами и нарисованными усами. На их визитках были имена «Страх» «Отчужденность». Они стали работать под неусыпным контролем фигуры в капюшоне. Они не слушали никого кроме него. Они стали двигать мебель, переставлять стулья, заводить часы, убирать кровати. Они делали все четко и слажено, но кроме них в доме больше никто не ходил, а двигались мелкими перебежками, от парадной до двери, и обратно. Гости перстали приходить в этот дом, но джентльмены и фигура в капюшоне все время ждали кого то и готовились к чьему то приходу.
Прошел вечер, наступила ночь, за ней утро. И с первыми лучами солнца в дом вошла она, Запустение. Она вошла медленно и по-хозяйски. Осмотрела весь дом, покрыла углы паутиной, а полки и портреты пылью. Она подошла к старому дворецкому с канделябром в котором оставалась только одна еще не потухшая свеча.
- Зачем ты пришла сюда! – Спросил он.
- Меня сюда пустили, вот я и пришла.
- Но мы пускали не тебя, а …
- Именно меня – она оборвала его – вы пустили моего верного слугу, а значит вы пустили и меня.
- Тогда мне что делать?
- Уйти, как и все жители этого здания. Тебе остается только уйти.
Последняя свеча погасла.
Новая хозяйка поднялась наверх и пошла в спальню. Джентльмены с меловыми лицами взяли шляпы и скрылись в дверном проеме. А фигура в капюшоне скинула с себя плащ, и под ним была только пустота.
Дом не хотел умирать, но его оставшиеся жильцы ничего не могли с этим сделать. Стулья стояли неподвижно, столы и кровати тоже только вспоминали былые времена и слушали рассказы зеркал, которые помнили все-все. Однажды они все вместе попытались начать шевелиться и делать вид, что дом живет. Они смогли породить только нового жильца, ложь. Этот юнец не был похож на тех белокурых детишек, чьи ножки топали по этим коридорам. Он был злой и очень вредный, как и хозяйка, он не делал ничего, он просто был, и от этого становилось тяжелее.
Новые жильцы прекратили свою деятельность. Они замерли и остались только зеркала со своими историями, которые вскоре наскучили, и воспоминания. Лишь только маятник в часах, продолжал шевелиться. Он шевелился изо всех сил, но его ход неумолимо приближался к остановке. С каждым днем его дуга уменьшалась и угасала.
В этот дом больше никто не заходил, в этом доме не было жизни, он умер. Последний звук, который донесся от сюда, это были семь ударов маятника. Семь мерных протяжных ударов. Это был последний вздох дома, где некогда танцевали люди, и звучала музыка, где играли дети и пелись песни.
Это был дом, в который когда-то светило солнце.

Вот тест

2008-06-11T14:01:28Z

Божеее. Божеее. Я проклят. Я проклят. Не знаю кем, но проклят на все 72%

О, да вы - филолог.

Вы мастер каламбура и генератор мемовирусов. В зависимости от настроения, вы можете быть душой компании, а можете язвить и быть ядовитей самой ядовитой змеи. С вашими талантами вам бы идти в политику или книжки писать. Проблема только в том, что вам лень. Впрочем, сами-то вы не считаете это проблемой, и сама ваша лень - это ваша свобода и ваш кукиш этому прагматичному миру.

Пройти тест

cainishe @ 2008-06-08T16:53:00

2008-06-08T09:56:45Z

кстати вот сайт часов
http://www.deathclock.com/

для данных роста и веса используйте конвертеры на телефонах, чтобы рост был футах, а вес в фунтах, ну или наоборот
Можно округлять.
Это прога рассчитывает ваш биологический возраст, очень средний. и Без мед вмешательства, и без влияния вредных факторов, типа радиация, пули, яд, алкоголь, героин etc.
мой дед попросил его просчитать, оказалось, он должен был умереть в 2004 году. Прога попросила прощения, типа, вы уже умерли, простите, нам жаль.

Умные машины

2008-06-07T07:36:49Z

Вот одна умная машина на сайте с названием death Clock рассчитала, что я умру
Monday, September 13, 2060
в понедельник 13-го сентября 2060 года. Тоесть мне осталось не так уж и много, надо еще успеть завоевать мир. . .

Однажды я устал...

2008-06-05T14:31:39Z

Однажды я устал.
Я жил, жил, а потом вдруг устал. Я понял. Что в этой жизни я ничего делать не умею, я только несу зло. Я не су зло всем окружающим, и просто живущим. Мой приход в мир был ознаменован смертью, и всю жизнь она идет за мной. Любой предмет, который я вижу впервые, мне уже видится сломанным, или разбитым. Мне тяжело общаться с людьми. Первое, что я делал, это пытался защитится от все возможных агрессий. Все за что я не брался, поворачивалось ко мне темной стороной: Первая машина – 12 человек погибли в аварии, Первый поход – обвал, 15 человек не вернулись, первые друзья – убиты в день ВДВ.
Я устал, я больше так не могу. . .
Однажды я устал. И уснул.
Я не хотел больше вредить людям и этому миру. Он прекрасен какой он есть, и не надо в нем ничего править все идет свои ходом, пока не влезаю я. Я это аномалия этой планеты и мое место не здесь. Мое место не среди этих людей, которые погибают из-за меня, не среди этого социума, который рушиться при моем воздействии, не среди этого мира, который начинает хаотично вертеться, когда я засучиваю рукава. Я больше не хотел влиять на этот свет. Я просто хотел быть, но без мыслей, без сил и без вмешательства…
Однажды я устал. И уснул. Потом проснулся.
Я понял. Что лишился рук, и не могу больше никак изменить этот мир, или причинить кому-либо зло. Не могу поднять руку на слабого или погрозить пальцем сильному. Не могу взять оружие или руль автомобиля. Не могу ударить или сломать. Я не могу ничего испортить…
Я понял, что лишился головы и могу больше думать о зле. Не могу больше рассуждать о вреде обществу, не могу затаивать злобу или затевать месть. Не могу говорить скверные слова, не могу обижать или унижать. Я не мог никому навредить ни словом, ни делом.
Я был бессилен и был рад.
У меня остались только ноги, чтобы ходить и сердце, чтобы чувствовать. И я стал гулять и наслаждаться своим невмешательством. Я не мог никому навредить, я не мог никому ничего сделать, и все проходило без меня. Мой город продолжал жить. Была весна, и все цвело и пахло. Девушки были прекрасны, а парни сильны. Город утопал в запахах. Я шел по дороге, изучая прохожих. Никто не обращал на меня внимания, все были заняты своими делами.
«Нет, нет так нельзя!»- говорил, молодой человек по телефону: «Так мы проигрываем много времени. Нельзя так поступать с людьми.» Он был прилично одет, скорей всего бизнес мен, и, видимо, удачливый. Во время разговора его лицо не выражало никаких эмоций, но своими жестами он выдавал огромное волнение. «Мы не можем так поступить, это бесчеловечно. Люди нам доверяют, они доверяют нам самое дорогое, мы не можем их предать. Это подорвет престиж фирмы и подпортит имя брэнда. Совет директоров будет против этого решения. Да и просто нельзя так делать….. нет, ты понимаешь, так делать нельзя. …… Да нет. Да… Да. Прекрати тараторить и молоть чушь, мы не будем этого делать, это противоречит морали ». С каждым новым словом его лицо все больше и больше наполнялось краской. Он свирепел. Голос переходил местами в сдержанное, но суровое прикрикивание. В таком темпе он пересек еще одну улицу. Он уже не обращал внимание на прохожих, оглядывающихся в его сторону, и на велосипедистов, проносящихся мимо. «Я разве сказал, что это все из-за моей гордости? Разве я это сказал? И не надо приплетать сюда мою жену. Я сказал, что этого мы делать не будем». В действительности он уже не задумывался ни о том с кем он говорит, ни о том, о чем он говорит, и жена Это было только слово не подкрепленное образом. Сейчас речь шла действительно от гордости, ему надо было отстоять свою точку зрения в этом споре. «Да, Да, я понимаю, что ты давно хотел съездить на Кипр, и что там хорошо и хватит, на двоих, но мы этого делать все равно не будем. Я не могу от………. » Тут его размазало по стене автомобилем. Я видел эту машину, но не смог его окликнуть, или одернуть, а он ее не замечал. Он погиб. А его собеседник скорей всего поехал на Кипр через неделю.
Наверное, так и должно было произойти. Но ведь всякое бывает. Видимо в мире и без меня бывает смерть и насилие, но это видимо только его дополняет редкими случаями. Как твердые крупицы гречки в каше. Без них не съешь.
Но сердце все равно противно заболело. Я попытался успокоить его длительной прогулкой по набережной, где тоже гуляли люди.
Я увязался за парой влюбленных людей. Они были высокие, красивые и молодые. Их тела были полны сил, а души любви и счастья. Они шли легко и мягко, казалось, что они едва касаются асфальта. Солнце светило им в спины, а мысли заполняла только гармония и бесконечное счастье. Их волосы развевал легкий весенний теплые ветерок и они шагали держась за руки. Они не говорили, но молчали об одном и том же. Они были созданы друг для друга. Я следовал за ними чувствовал их радость своим сердцем. Она была такая бурная и объемная. Что хотелось кричать, но было нечем. Хотелось петь и плакать, но было нечем. Хотелось сказать им спасибо, но было нечем. И в сердце опять закралось странное чувство, чувство ошибки. Но тут паре преградили дорогу. Их было семь, их речь была вульгарна и проста. «Опа, мадам, может прогуляемся. А те че надо, да кто вообще такой? »Его начали бить. Она стояла и кричала, держась руками за голову, и звала на помощь. Его пинали семь пар ботинок, она рвала на себе волосы, и голос переходил в хрип. Его пырнули ножом и сбросили в воду, она бежала, что есть сил. Он лежал, истекая кровью на камнях близ набережной, и с надеждой смотрел на меня, она прибежала вместе со скорой и милицией через тридцать минут. Тушь текла по холодному лицу, санитары не смели подступиться, а милиция уже опрашивала прохожих. Она прижимала мертвую голову к груди, и гневно смотрела на меня. Я ничего не мог сделать.
Я вредил своим даже своим бездельем. Я не мог этого понять, но чувствовал, чувствовал остро и больно, как финский нож между ребрами. Меня тошнило, тошнило от всего. От этого мира, от себя, от людей. Мир даже без меня продолжает разрушаться. Без моего участия все идет своим чередом. Одни разрушают других, одни страдают, другие ликуют. Здесь нет гармонии, и это понятно как Тыква. Если всем заменить головы на тыквы, а руки на провода, возможно мир стал бы лучше. Но это не факт, это только эмоциональное предположение. Я шел и ненавидел. Я не мог понять, что я ненавижу, поэтому я просто ненавидел. Я ненавидел все и ничего одновременно, я терялся в собственных ощущениях и это бросало меня агонию, в агонию боли и эмоций. Я ненавидел это.
Но тут мне стало легче. Я почувствовал любовь, но не бурную и яркую, а теплую, мягкую и нежную. Она раскатилась по всему моему организму и окрасила весь мир для меня в теплый оранжевый цвет. Во дворике, куда я бесцельно забрел, на скамеечке сидела молодая мама и качала на руках малыша. «Вот, мы уже улыбаемся, нам нравится гулять, вот как нам нравится гулять, скоро сами будем гулять, будем топать по этим дорожкам». Она нежно гладила маленькие ручки тянущиеся к ней, и не могла наглядется в маленькое личико, которое было для нее дороже всех на свете, личико такое похожее на нее и ее любимого человека. Она смотрела на это воплощение всего прекрасного, что она когда-либо могла себе представить, и своей любовью к этому маленькому существу она наполняло весь двор, и мое уставшее от переживаний сердце. «Вот сейчас дождемся папу и пойдем домой, там мы будем его кормить и улыбаться, он ведь уставший. Ты же будешь улыбаться папе. Ты же любишь папу? Скажи Па-Па. Давай па-па, Ма-ма или СОБАКА,……..» Из-за угла выскочила огромная псина с обрывком цепи на ошейнике и с прогрызанным намордником. Она не долго думая кинулась на женщину. Без рыка, без лая. Это был тренированный хладнокровный убийца. Возможно она была голодна, или это был самец, который пометил эту лавку и рассматривал юную маму как вторженку. Она неслась со звериным оскалом и были неважны причины. Я не знал что делать, я впал в панику. Я не мог ни крикнуть, ни схватить собаку. Конечно, можно было попробовать преградить псу дорогу, но я не мог собраться с мыслями, мне было нечем. Паника овладела мной, мама замерла молча и только прижимало дитя к груди. Немой ужас сковал ее по рукам и ногам, она побледнела. Собака прыгнула…
Все замерло, я застыл на месте, как вкопанный, мама была неподвижна. Собака распласталась по асфальту, под ударом лопаты, дворник, ударивший собаку. Он подскочил в одно мгновение к зверю и сбил его в прыжке Савковой лопатой, которой убирал мусор во дворике. Собака вскочила, но он тут же ударил ее еще раз. Пес отступил и медленно. Пятясь и оскаливая зубы вышел из дворика. Женщина прижимала к себе ребенка, который уже начал кричать, он испугался. Но женщина сидела неподвижно. Дворник принес ей воды в полторашке и насильно влил в рот. Она немного отошла от шока, но была очень слаба. Пожилой дворник проводил ее до подъезда и помог подняться на этаж. Там ей стало лучше. А мне нет.
Я понимал. Что лишившись того чем я вредил я лишился того, чем мог бы помогать. Мир фатален и жесток и без моего вмешательства, это его суть. Люди бывают злые и добрые, сильные и слабые, люди могут уничтожать, а могут и создавать, они могут убивать, а могут и любить. Но я себя этого лишил я был беспомощен. В своем неведении я спалил теплый дом чтобы согреться. Я был слаб и выбрал простейший путь, который в итоге обрел меня на мучение. Нет большей муки чем бездействие. Даже мысль о то, что ты можешь спасти кого то уже есть вещь достойная того, чтобы жить и попытаться ее реализовать даже самыми слабыми руками. И волна эмоций и гордости меня моментально захлестнула мне хотелось делать, но я не мог понять, что. Мне было нечем. Мне хотелось кинуться помогать, но как. Мне было нечем. Я не был больше человек. Я не мог воздействовать на мир. У меня не было рук, чтобы что то делать, у меня не было головы, чтобы помыслить о хорошем. Без головы человек не может жить. . . . .
Однажды я устал. И уснул. Потом проснулся. Понял, что бессилен. Я умер.

cainishe @ 2008-06-05T18:26:00

2008-06-05T11:29:10Z

.

И боги родятся, чтоб умереть
Чтоб однажды уснуть
И на мир не смотреть.